Жизнь в деревне и в большом городе.

Вот что  пишут в соцсетях по поводу жизни в деревне и в большом городе: «Проживание в деревне для ребенка и безопаснее, и просто-напросто здоровее, чем в городе, особенно крупном. Многие родители, гоняясь за неким «культурным досугом», буквально силком запихивают ребенка в мегаполис, таскают его по курортам на каникулах, записывают в секции, кружки и бассейны, платят за все это немалые деньги, словно находясь под гипнозом, в полной уверенности, что обеспечивают своему ребенку «гармоничное развитие» и «безопасность». 

При этом, как правило, и родители и дети живут в постоянном страхе перед транспортом, маньяками, грабителями, хулиганами и т.д. и т.п., перемещаясь по жизни буквально перебежками от одного охраняемого места к другому. 

Потом те же самые родители тащат того же самого ребенка к психологу – лечить от целого комплекса фобий (помогите, я даже не понимаю, откуда это у него!) и развивать самостоятельность (помогите, он сам вообще ничего не способен делать!). Естественно, «помогают» им тоже за деньги. Ребенок в большом городе дышит тем, чем дышать не следует, ест то, что есть нельзя, дети массово (речь уже о десятках процентов!) страдают аллергиями и ожирением – зато у него есть некое мифическое «пространство для развития». 

Когда я слушаю таких родителей, мне начинает казаться, что они просто бредят или находятся под гипнозом. (Кстати, власти такое положение дел удобно). И тут суть даже не в том, что родители платят буквально за каждое движение своего ребенка. 

Может быть, это не совсем так, но я уверен:

вытеснение людей в мегаполисы имеет своей целью создание, в конечном счете, легко контролируемых людей, а точнее набитых, во всем зависимыми от «специалистов» существами. 

А на месте бывших сел все чаще возникают коттеджные поселки, где дети богачей живут так, как дети и должны жить: среди живой воды, свободно растущей зелени, под чистым небом, дыша нормальным воздухом и не трясясь над каждым своим шагом. 

При этом попытка обычных, «неэлитных», родителей перебраться с детьми в деревню тут же мгновенно вызывает пристальный интерес у наших вездесущих «защитников прав детей». Тут же следует постановка вопроса о том, что «родители искусственно снижают уровень жизни ребенка», и заканчивается это далеко не всегда просто нервотрёпкой – мне известны случаи, когда детей у таких семей отбирали. 

Дети перестают понимать мир, в котором они живут. Они вообще выпадают из реальности в искусственное пространство.  

 Порез на пальце – повод для настоящего истерического припадка, и это я говорю о мальчиках, а не о малышах, да еще и взрослые тут же с воплями ужаса начинают бегать вокруг. Читателям старшего возраста это может показаться невероятным, но я не раз видел, как порез, который мы в детстве на ходу заклеивали подорожником, сейчас становится – по инициативе самого ребенка! – поводом для визита к врачу, где мальчишка с искренним страхом и без стыда спрашивает: «А я не умру?! А у меня не будет заражения крови?!» – и прочую ерунду. 

Разрушение деревни как основы основ, как корневой системы и символа Руси – это, пожалуй, самое жуткое. Снова и снова встречаю каждое лето гостей из самых разных мест, я летом показываю им наши деревни. Людей до столбняка поражает то, в каких красивых местах те стоят, и как мало они населены. Гости, которые приезжают из дальнего зарубежья, вообще оказываются в шоке. Один немец сказал мне с горечью, что мы, русские, даже не понимаем, насколько мы богаты и свободны, ведь в Германии даже чтобы просто войти в лес, нужно платить деньги, развести там костер – платить штраф, взять с собой своего сына – нарваться на конфликт с органами опеки, завести домашнюю живность – получить судебный процесс с могущественными корпорациями, травящими людей «одобренными и сертифицированными продуктами питания». 

Дико смотреть, как мы отказываемся от этого неизмеримого богатства ради фитнес-центров, бассейнов с раствором хлорки и магазинного изобилия вымытых в растворе шампуня овощей и фруктов со вкусом химического картона.

Деревня стала местом тотальной безработицы. Точнее, ее таковой сделали. И сделано это нарочно, именно для того, чтобы даже те люди, которые хотят там остаться или хотели бы туда переехать, не имели возможности этого сделать просто потому, что тогда они будут поставлены перед проблемой: как жить, а точнее – как выжить? 

Заняться фермерством – практически невозможно, фермеры в России не живут, а выживают, в какие только уже хитрости и крайности не бросаются, чтобы остаться на плаву и все равно тонут. Потому что не может фермер в условиях России завести на самом деле прибыльное хозяйство, пока существует ВТО и не закрыты границы для ГМОшных продуктов. 

Если у кого-то при слове «село» возникает картина вросших по окна в землю одноэтажных домиков под низенькими крышами вдоль пыльной кривой тропинки, то я вынужден слегка разочаровать их. 

Я десятки раз видел брошенные многоэтажные дома, в которых были газ и вода. 

И все это были – села. Места, где можно было жить ничуть не менее удобно, чем в городе, а работа находилась под боком. 

Теперь все это – мертво. Умерщвлено! 

Да, отток людей из сел начался еще при советской власти. Я не знаю, что это было, – чья-то непродуманная политика или, напротив, вполне обдуманная диверсия, создание образа села как отсталого, глухого, бескультурного места, откуда только и бежать. Но убито село было вовсе не при коммунистах. Убито, разграблено и разорено было русское село властью «демократов». Как раз потому, что было опасно для них, а вовсе не из-за его «экономической нерентабельности». 

Село кормило страну. Село привязывало людей к родной земле. Село давало детям здоровое и свободное детство. Все это было непереносимо для многих чиновников, олигархов и бизнесменов. 

Сейчас меня пытаются убедить, что разрушительные процессы на селе идут лишь «в силу инерции». Что власти давно осознали важность села для государства и «повернулись к нему лицом». Что все скоро наладится. 

Возможно, человека, живущего в Москве, в этом и удастся убедить. Может быть, ему даже не придется себя заставлять в это верить. А мне достаточно пройти двадцать минут неспешным пешим ходом, чтобы увидеть, мягко говоря, неискренность этих заявлений. Более того – стремительно повторяют судьбу сел и малые города, в том числе мой родной Кирсанов. 

 Но это уже, как говорится, другая история. »

Вот такую статью я недавно нашёл в соцсетях.